А. Д. Сахаров

ВЫСТУПЛЕНИЕ В УНИВЕРСИТЕТЕ СИЕНЫ.
Февраль 1989 г.

Я очень счастлив, что оказался в Италии и в этом городе. Этот город сыграл большую роль в судьбе нашей семьи: в 75-м году здесь первый раз оперировалась моя жена, а потом были повторные операции, и на протяжении всех этих лет, когда она была здесь, она говорила мне и тем, кто был рядом с ней, что у нее огромное желание, чтобы ее муж мог тоже оказаться здесь. У нас дома висит доска, на которой воспроизведена фреска «Счастливый город Сиена». И это отражение того, что для нас Сиена – это не просто точка на карте, а некий центр мысли, эмоциональный центр, один из многих эмоциональных центров, но важный для нас. Я думаю, что Сиена – это действительно один из тех городов, в которых сохранилась и запечатлелась история, та история, в которой формировалась современная европейская западная цивилизация. Но теперь хочется мне сказать о современности.

Я в университете и поэтому прежде всего хочется сказать о великой ценности науки. Наука стала способом жизни современного человека, причем это не только тех, кто профессионально себя посвятили науке, но это… на самом деле, это научное мировоззрение, научное мироощущение – оно определяет собою вообще духовный мир современного человека, в огромной степени. И мы никогда не забываем, что современное научное мышление началось с великого итальянца Галилео Галилея. Но ХХ-й век действительно стал веком науки, и поэтому не случайно, когда после окончания Первой мировой войны людям стало известно, что проведена экспериментальная проверка одного из предсказаний общей теории относительности, Эйнштейн стал героем всего человечества. Мир, измученный войной, измученный ненавистью – как бы получил новый духовный импульс, объединяющий людей. Эйнштейн стал Галилеем нашего времени. И в имени Эйнштейна больше всего сконцентрировалось это духовное значение науки.

Для Эйнштейна слова «Бог» и «природа» были взаимопроникающие понятия. Он не был формально верующим, насколько я знаю, но для него природа с ее предназначенностью, с высшим каким-то смыслом была предметом религиозного чувства, если можно так… сказать.

Но наука дает не только духовные плоды, она дает и материальные, и тут не все однозначно. Наука дала нам огромное развитие производительных сил, и это сделало возможным смягчение социальных противоречий, смягчение национальных противоречий, не все еще тут реализовано, многое впереди, но мы видим колоссальные возможности. И я думаю, что громадная роль ученых должна заключаться в том, чтобы эти возможности были реализованы, чтобы ликвидированы были такие страшные язвы современного мира, как голод, отсталость, нищета, невежество.

Но есть и негативная сторона плодов науки. Это, конечно, не вина науки в собственном смысле, это результат использования науки человеческим обществом, которое так далеко от совершенства. Это глобальная опасность гибели человечества от большой термоядерной войны.

Теперь уже всем ясно, что термоядерное оружие оказалось такой силой, которая способна реально уничтожить человеческую цивилизацию, если начнется даже самая маленькая термоядерная война: она неизбежно перерастет в большую.

И другая, не менее страшная опасность, это опасность того, что среда нашего обитания будет отравлена, наши дети будут расти больными, и даже воздуха, чтобы дышать, у нас не будет: кислород будет сожжен в наших печах и в наших машинах, а ядовитые вещества сделают воздух малопригодным для дыхания. Я не буду рисовать всех многообразных аспектов экологической опасности, это сейчас очень широко обсуждается и мы очень многое об этом знаем. Важно, что это такая многоликая и страшная опасность, которая совершенно реально угрожает людям следующего столетия, может быть, конца этого столетия. Я думаю, что люди, и в первую очередь ученые, должны искать пути, как избежать этих двух опасностей уничтожения человечества. Но это, конечно, не чисто научный вопрос, это в основном вопрос общественного развития. И с этой точки зрения необычайно важны в нашем разделенном мире процессы сближения капиталистической и социалистической систем. В нашей стране эти процессы начались с огромным трагическим опозданием. И сейчас еще мы не можем сказать, что мы окончательно встали на этот путь, очень многое вызывает большую тревогу. Но что произошло? Произошло, главное: мы имеем теперь у очень многих, не только у интеллигенции и не только в народе, но и у правителей понимание, что двигаться дальше по тому направлению, по которому двигались, а вернее, стояла на месте в застойный период наша страна, дальше невозможно. Все хорошо знают внешнюю политику нашей страны в предыдущие годы и знают, что сейчас произошли очень большие изменения. Я считаю, и это мнение не только мое, что это и есть то первое направление перестройки, где действительно мы имеем реальные плоды, может быть, еще недостаточные, но очень большие. Я не буду это перечислять, это всем известно. Я скажу только, что в других этических проблемах положение значительно хуже: я имею в виду демократизацию и экономику нашей страны. Здесь мы имеем гораздо больше слов, чем дела. Но по крайней мере, слова, которые теперь произносятся, в основном хорошие. Есть еще одна этическая область, где даже еще и слова нет, не произнесено вслух: это задача национально-конституционной перестройки нашей страны, необходимо превратить – так я считаю и считают мои друзья – превратить нашу страну в реальный союз равноправных государств равноправных национальностей. Это тот долг, который еще не оплачен. И в этом пути имеется очень много трудностей, подводных камней и, к сожалению, многие шаги были сделаны властями с запозданием, а другие были сделаны совершенно неверно. Я не буду говорить подробней, среди неправильных шагов, я уже несколько раз говорил, был арест членов комитета «Карабах» в Армении.

Я сейчас уже не буду входить в разные конкретные детали, но мне хочется еще раз сказать, что перед всеми нами стоят очень трудные задачи, где самое главное – внутренняя ответственность и внутренняя честность. Ответственность – это оборотная часть свободы, это ее неразрывная часть. Здесь уже хозяин этого дома говорил о том значении, которое имеет свобода, и я хочу сказать еще одно, что свобода – это также необходимое условие счастья. Я думаю, что если говорить о свободе в политическом смысле этого слова, то это должна быть подлинная демократия, но демократия, пронизанная идеей ответственности и порядка. Я говорю об этом в западном мире, где, как сказал один из моих друзей однажды, свободы навалом. Это, наверное, некоторое преувеличение, но в каждый момент нужно понимать диалектику, так сказать, жизни и понимать, что свобода – это есть, в первую очередь, ответственность…

Публикуется с сокращениями

 

                       Оглавление